18+

В Алтайском крае с начала года населению выдано более 15 млрд рублей ипотечных кредитов

Подробнее…

Рубрики

Короткой строкой...

Аналитика

Экспертная оценка

Дословно

Инвестиции и инновации

Рынки и компании

Реплика

Повестка дня. Строительство.

Повестка дня. Рынок труда.

Повестка дня. Образование

Повестка дня. Здравоохранение

Повестка дня. Промышленность и энергетика

Повестка дня. Социальная сфера

Повестка дня. Село и АПК

Политотдел

Туризм

Баннер

На днях региональное отделения ОНФ подвело итоги исполнения в крае «майских указов» президента России, лидера ОНФ Владимира Путина. Между тем достоверность и объективность результатов специального исследования в крае вызывают сомнения.

По словам сопредседателя регштаба ОНФ Марины Ермоленко, «фронтовики» проверили, насколько соответствуют доклады региональной власти реальному положению дел и фактическому изменению качества жизни людей.

- Мы не ставили целью определить место региона в общероссийском рейтинге, а лишь определить существующие проблемы и зафиксировать положение дел в Алтайском крае, - подчеркнула Ермоленко, выразив надежду, что власти прислушаются к мнению граждан и позиции ОНФ.

Мониторинг осуществлялся тремя способами – телефонным опросом, онлайн-анкетированием и анкетированием экспертов по заранее сформулированным организаторами мониторинга вопросам. А в мониторинге был задействован, по словам Ермоленко, большой круг экспертного сообщества и простых граждан.

- Мы привлекали широкий пул экспертов в разных отраслях социально-экономической жизни края. Однако в некоторых вопросах, которые касаются всех категорий жителей края, разбираются все граждане, поэтому выслушивали и их мнение, - заметил сопредседатель регштаба.

Понятно, что по вопросам лекарственного обеспечения или доступности образовательных услуг вполне возможно проводить опрос всех жителей края. Но вот по проблемам налоговой нагрузки на бизнес, обеспечения многодетных семей землей под индивидуальное строительство просить высказаться всех без исключения граждан некорректно и бессмысленно. Давать оценки (причем, тоже с соблюдением определенных условий) здесь с точки зрения здравого смысла должны отдельные категории граждан либо специализированные экспертные группы.

Между тем такой необходимой диверсификации мониторинга в Алтайском крае не наблюдается. Вполне допускаю, что алтайские «фронтовики» просто не смогли разъяснить обстоятельства его проведения в регионе. Во всяком случае, никто из них так и не смог назвать (даже приблизительно!) число опрошенных в Алтайском крае жителей, а также где проводился опрос и кто в нем участвовал! Как говорится, «смешались в кучу кони, люди…». Может, из-за того, что мониторинг проводил Центральный Штаб (исполком), а алтайское реготделения вообще никакого участия в организации его не принимало?

Такой социологический «микст», с точки зрения методологии и достоверности полученных результатов, а значит, и выводов, вызывает очень большие вопросы и сомнения. Как, впрочем, и обоснованность некоторых резюме алтайских экспертов, отметивших в качестве негативного обстоятельства экономического развития региона тот факт, что «повышение производительности труда на многих предприятиях края зачастую связано с сокращением рабочих мест».

Вот какие у меня возникли вопросы к организаторам мониторинга в Алтайском крае после состоявшейся накануне пресс-конференции реготделения ОНФ, на которые в ходе нее ни мне, ни моим коллегам не удалось получить внятных ответов.

1. Сколько жителей края и в каких его территориях (городах и районах) принимали участие в опросах и анкетировании? Какова выборка исследования? Соответствует ли структура опрошенных в крае его демографической, профессиональной и социальной структуре?

Все эти параметры формируют и обусловливают достоверность полученной в ходе исследования информации, обоснованность последующих выводов. Если они не соблюдены, то ни о том, ни о другом говорить бессмысленно.

2. Как формировался пул экспертов, принимавших участие в мониторинге? Кто в него вошел в Алтайском крае? Почему нет опубликованного их списка? Созданы ли экспертные группы (не менее пяти человек в каждой, так, кажется, требует социология!) в конкретных отраслях (образование, здравоохранение, бизнес и т.д.), по которым были сформулированы вопросы мониторинга?

3. Почему не обозначен водораздел между экспертным опросом и опросом граждан? Каковы их результаты по Алтайскому краю? Действительно ли эксперты реготделения так или иначе участвовали в подборе респондентов, участников опроса граждан?

4. Насколько можно доверять он-лайн анкетированию, насколько объективны результаты такого исследования?

5. И. наконец, из чего все-таки складываются результаты мониторинга в Алтайском крае?

Хотелось бы заметить, что в России существуют довольно жесткие требования к публикации данных о соцопросах. А поскольку выше перечисленные форматы «мониторинга» ОНФ таковыми по сути являются, то возникают сомнения в объективности обнародованных данных.

И еще. ОНФ безусловно стал одной из самых влиятельных и авторитетных общественных сил в России. В первую очередь и исключительно вследствие поддержки этой структуры президентом Путиным. Однако было бы непростительной ошибкой прикрывать этим авторитетом собственные просчеты и недоработки, которые не только дезориентируют руководство страны, но и наносят репутационный урон региону, в котором и работает алтайское отделение ОНФ. Ведь ведущая общественная организация должна ощущать свою ответственность и крайне разборчиво оперировать инструментами формирования общественного мнения. Увы, констатирую, что в последнее время такой разборчивости и ответственности больше не становится. Скорее, наоборот, в работе ОНФ все заметнее проявляются кампанейщина, популизм и заорганизованность. Подчас, опираясь на некий карт-бланш и широкий мандат, общественники не слишком утруждают себя в выборе инструментов наведения порядка и защиты общественных интересов.

- Наша задача состоит в том, чтобы результаты мониторинга не подвергались сомнению, - совершенно справедливо подчеркнула в заключение встречи с журналистами Марина Ермоленко.

Однако, увы, пока доверять итогам мониторинга ОНФ нет никаких оснований. И это вовсе не означает, что в регионе все благополучно. Вовсе нет! Никто не отрицает наличия в Алтайском крае, как, впрочем, и в других регионах России, проблем, на которые вполне обоснованно и справедливо обращают внимание «фронтовики». Но именно от точности и достоверности оценок глубины и масштабов этих проблем зависит эффективность принятия тех или иных управленческих решений. Как от правильного диагноза – результат лечения болезни.

Главный редактор информационно-аналитического портала Doc22 Артем Кудинов